IT-tour / Острова кучерявых или Безумству Храбрых...(часть II)

Из Порт-Морсби в Лаэ, столицу провинции Моробе, нас перевезли по воздуху, самолетом. Здесь этот вид транспорта отнюдь не элитный, а самый обыденный. Папуа-Новая Гвинея - это южные лесистые и болотистые равнины, северные лесистые и болотистые равнины, а между ними - горные цепи, кое-где (у Лаэ, например) перемежающиеся долинами рек. Ну и куча достаточно населенных островов к северу и востоку. Железных дорог здесь не было и нет, что касается автомобильных, то они редки и не всегда гладки. Интенсивного движения и, тем более, пробок на них не наблюдается; хоть это хорошо. Самолеты здесь летают, как маршрутные такси; не в том смысле, что их можно на повороте тормознуть, а в том, что летят они сложным маршрутом, делая несколько посадок, ссаживая и забирая пассажиров. От Порт-Морсби до Лаэ лёту всего полчаса; самолет летит дальше - впереди еще несколько городов. Не "кукурузник" - "Fokker". Так что, всё очень даже "цивильно

Природа в Моробе - полная противоположность "столичноокружной". Вот где чувствуешь, что попал в "экваториальный рай" (а кто говорит - "зеленый ад")! Пышная сочная зелень, буйство растительности. Она повсюду; она буквально "так и прёт" из каждого сантиметра земли, словно взрываясь, и рвется к небу. Закон тяготения мешает ей подняться до облаков и заполнить собою всё пространство. От аэропорта до Лаэ - приличное расстояние; дорога занимает полчаса. За окном микроавтобуса - та Новая Гвинея, какой себе ее и представлял до встречи с ней. Мелькают "плетеные" меланезийские дома на сваях. Всё как во времена Маклая. По крайней мере, внешне ничего не изменилось. Только шоссе асфальтированное.

В Лаэ нас поселили в отеле "Melanesian". Благо то, что в его бизнес-центре для постояльцев интернет бесплатный после 17:00, да и скорость нормальная. Вообще, ПНГ занимает одно из последних мест в мире по уровню "интернетизации".

И так три-то недели! От безнадеги кое-кто из нас, не буду даже намекать, кто именно, решился попробовать бетель, предварительно закупленный на единственной центральной улице в Лаэ у местного населения. Бетель был употреблен по всем правилам, с добавлением извести. Эффект был достигнут быстро. После успешного завершения эксперимента у испытуемого пропали все вкусовые ощущения и не возвращались несколько дней. Он не мог в полной мере наслаждаться пищей, находя удовлетворение в долгих беседах за длинным столом, когда мы все собирались на ужин. Эти разговоры за ужином были обязательным, но ненадоедающим развлечением для всех нас во время нашего невероятно долгого, по современным меркам, совместного путешествия. Благо, каждому было, что рассказать, ибо за спиною - десятки, а то и сотни тысяч километров дорог.

В Лаэ программа такая же, как всегда. Да, да! Как всегда. Деревни, синг-синги, немного ботаники, немного зоологии.

Но Анне здесь больше всех повезло: её "заловил" корреспондент "местной прессы" и через день в газете "National" на первой странице появилось анино фото на фоне дерева "пламя лесов", с цветами в руке и подписью: "Русская туристка в Ботаническом саду Лаэ". Отличный сувенир из Папуа-Новой Гвинеи! Газета с твоей фотографией! Но на этом все не кончилось. Этот, с позволения сказать, "корреспондент" стал названивать Анне в разное неурочное время, например, в два часа ночи, в пять утра, и спрашивать, где мы будем завтра и где еще её можно будет поснимать. Запал он на неё. Под конец она его вежливо послала сонным голосом, да и улетели мы вскоре из Лаэ в Маданг.

Прощальный вечер нам устроила местная администрация и расстроганный мэр произнес душещипательную речь о том, как они ждут русских, которые прямиком должны будут направляться в Лаэ. Завершилось всё это синг-сингом: хоровым пением сводного ансамбля папуасских женщин в возрасте от шести до шестидесяти под аккомпанимент заводной музыки, исполняемой на бамбуковых трубах при помощи тапочек. Трубы разной длины, связаны в "обоймы". На них сидит "барабанщик" и барабаня тапком по их отверстиям, производит на свет неплохие, весьма заводные мелодии. Потом появились "глиняные люди" из Гороки, с луками и стрелами. На головах у них - белые глиняные "шлемы" с прорезями для глаз, ушей и рта. Не просто шлемы, а физиономии "с выражением". Невольно представляешь себе, что испытывал тот, папуас иль европеец, кто повстречал в лесу этот "спецназ" - то ли духи, то ли инопланетяне. Мэр предлагал "гудеть" всю ночь, как принято у нас в России, но к девяти вечера тусовка начала расходиться. Илья произнес фразу, ставшую впоследствии знаменитой: "Ну всё. Надо валить отсюда!". Это означало: "Снимать больше нечего. Пора ехать".

К поездке в Бухту Астролябии готовились с особым волнением. Хотя бы потому, что она вообще была под вопросом: дороги и мосты размыло дождями. Но, в финале, всё срослось. И мы приехали к папуасам Маклая.

Вот он, мыс, к которому пристала шлюпка "Витязя" с Маклаем на борту. Конечно, приветливые горендовцы наш скоротечный визит скоро, может быть, и сразу, забудут. Но мы не забудем. Для них Маклай уже не "Человек с Луны", но для нас...

Здесь я сделал "ход конем". Сразил папуасов знанием местного наречия. "Маклай нангели авар арен", - сказал отчетливо, глядя потомку Туя прямо в глаза. И всё увидел. Есть контакт! Он меня понял! И улыбнулся, одобрительно покачав головой. "Маклаю женщин не нужно". Глупая фраза, но единственная, что я помнил.

Когда мы прилетели, никакого подвоха не почувствовали. Пальмы кругом. Солнышко светит. Стоило отъехать от аэропорта несколько километров, как сразу увидели: что-то здесь не так. Дорога пыльная донельзя. Причем, чем дальше, тем хуже. Окна приходится наглухо закрывать. Все деревья и кусты на обочинах - серые от пыли. Дождя, судя по всему, здесь не было давненько. Асфальт на дороге то пропадает, то появляется снова; крупные колдобины приходится, сбавляя скорость, объезжать. Тем, кто едет по этому "хайвэю", сидя в открытом кузове, не позавидуешь: после пары километров по цвету волос начинаешь напоминать старца Зосиму. Виновник этого - мелькающий справа по курсу вулкан, над которым поднимается мутное облако. Вулкан Тувурвур невысок, но для вулкана не это главное. Тувурвур периодически выбрасывает "гриб" вулканичесого пепла, причем делает это бесшумно. Бухта Рабаула расположена в так называемой "кальдере" по кромке которой "вскочили" несколько вулканов. Они-то в 1994 году сначала Рабаул хорошенько тряхнули, а потом дружно засыпали город пеплом.

Конечно, это не Помпеи, но кое-что общее есть.

Вулкан Тувурвур спал до нашего приезда. Словно специально ждал. В конце октября проснулся. И теперь он для нас - "аттракция". С каких только точек им не любовались и с каких только не снимали. Даже на лодке к нему специально ездили. Павел с Ильей на ранней зорьке ездили к нему персонально для того, чтобы снять сюжет про сорных кур, которым вулканы очень даже нравятся, так как они их яйца согревают, как в инкубаторе. Можно и самому при желании очень даже согреться, окунувшись в воду в месте, где она прогревается до 300 градусов...

Жители Рабаула какие-то все "заторможенные", с потухшим взором и крайне воспаленными глазами. Еще бы - ежесекундно вдыхать вулканический пепел, облако которого перманентно висит над городом. И глаза режет.

Что персонал в гостинице, что люди в магазинах и на улице по-английски если и говорят, то так, что понять невозможно. Это не "пиджин-инглиш" - официальный язык Папуа-Новой Гвинеи, это гораздо хуже - напрочь исковерканный английский. Прибавьте к этому упомянутую "тормознутость" жителей Новой Британии и вы поймете наше чувство дискомфорта. На второй день мы поняли, что единственным адекватным человеком на острове является в данный момент Мисс Хелен, которая нас самолично сопровождала в поездке по Архипелагу Бисмарка, но и она справлялась с ролью "нормального человека" не всегда. Потом выяснилось, что сама она из этих мест. Тогда все ясно! Просто есть такие зоны на Земле. Аномальные.

Но самое сильное впечатление ждало нас впереди. Вечером хозяева гостиницы - белые австралийцы - решили устроить нам барбекю на природе. Чертыхаясь, засыпаемые пеплом, залезаем в машину. Почему-то она без водителя. За руль садится Володя, а едущая впереди машина с еще одной группой "барбекюшников" показывает нам дорогу. И без того жидкие огни Рабаула изчезают и в свете фар мы видим, что едем по заброшенной, засыпанной пеплом, дороге. Она расширяется и мчимся мы уже по полю. Потом соображаем, что это - бывший рабаульский аэродром, который построили рядом с Тувурвуром и очень за это поплатились. Вокруг не видно ни зги, но впереди горят костры и маячат люди. Ну вот и всё... Приехали! Сейчас будет барбекю из нас самих. Эх, чуяло моё сердце, что папуасы нас недаром так к себе заманивали. Хорошо, что если просто дело ограничится требованием выкупа. Можно, конечно, с разгону въехать во всю эту банду, маячущую в свете костров, подавить и рвануть назад, но в темноте дороги не найдешь. Но, однако, не хочется своими подозрениями обижать хозяев и вот так пороть горячку. Запрыгнуть в машину мы, в большинстве своём, успеем. Как оказалось, публика собралась мирная и дружелюбная. При свете фонариков и свечей отлично отужинали за по всем понятиям сервированным столом и вина хорошего отведали. Поднимали тост за тостом, дарили водку как вдруг... вулкан рванул!!! Представьте: темень, звезд на небе не видно. Перед тобою в полукилометре лишь угадывается конус вулкана, а над головой - вулканическое облако чуть светлее неба. И тут - раскатистое "ба-бах", разряды молний и брызги раскаленной лавы! И русский мат (от переизбытка чувств и искреннего, неподдельного удивения)! Нет, такого словами не описать. Лучше езжайте сами в Рабаул. Езжайте, и закажите то же самое!

В отличие от Новой Британии, где каждый по-своему отвел душу, в Кавиенге на Новой Ирландии нас ждала "расслабуха".

Но Тихий Океан я пересек точно. Причем, в одиночку. На меланезийской лодке-долбленке с балансиром. Её я ангажировал у одной папуасской семьи. Они от денег сначала отказывались, но всё-таки потом я их им вручил. Я ловко управлял веслом, пересек океан в проливе между островами Новая Ирландия и Нуса. На обратном пути ко мне подплыл Олег, забрался на лодку и перевернул её. До этого момента я преспокойно плавал вокруг лодки, т.к. просто решил искупнуться. Но на берегу папуасы во главе с Хелен решили, что я упал с лодки, не умею толком плавать, стараюсь подтолкнуть лодку к берегу, но у меня ничего не получается. Они послали Олега проверить, не нужно ли мне помочь. Чем закончилась эта "помощь", я уже сказал: перевернутой лодкой, которую мы в полузатопленном состоянии действительно толкали вдвоем к берегу.

Отель назывался "Malagan Resort". По сути, наше пребывание в Кавиенге свелось к ленивому "островному времяпровождению" - немного купания, немного рыбалки, сон и лобстеры с кавиенгскими крабами на обед и на ужин. Красивые закаты и рассветы. Побывали мы на островке Нуса, где для любителей экотуризма создан "Nusa Retreat". Простые бунгало, построенные из пальмовых листьев по традиционной меланезийской технологии. Никаких кондиционеров, удобства во дворе. Над входом - керосиновые лампы. Над кроватями- противомоскитные сетки. На самом деле, не знаешь, что безопаснее - задраенный наглухо номер в отеле или открытое всем ветрам бунгало, но с противомоскитной сеткой. Насекомы здесь вездесущи; я в "Маданг Резорт" две ночи боролся с громадными тараканами; уже победил, но на третью ночь один из них прямо на меня свалился. Так что, сетка - она, выходит, надежнее.

Для бэкпекеров в Папуа-Новой Гвинее есть подходящее размещение не только здесь. Периодчески встречаются лоджи, в которых ночь стоит от 6 до 15 кин (1 доллар равен 4 кинам). Вообще же, туризм при помощи местных турфирм - штука очень дорогая. Я деликатно поинтересовался у одного хотельера, почему так, за что так. Он начал сокрушаться, что местные туроператоры накручивают по 300% прибыли потому, что туристов мало, а туроператоры тоже люди и им кушать хочется в остальное время года. "Не остальное" время года - это тогда, когда проводятся фольклорные фестивали, грандиозные синг-синги, собирающие по 30 - 40000 участников со всей Новой Гвинеи. Приехал на такой синг-синг, пощелкал фотоаппаратом, и мешок фотопленки с суперэкзотикой у тебя за спиной. Поскольку туризм в ПНГ носит "событийный характер", туроператоров как таковых немного, отелей тоже, при этом многие отели и лоджи построены и "держатся" теми же туроператорами, то цены на туризм здесь дороже, чем в Швейцарии. Мыслимо ли брать 1750 долларов за четырехдневный круиз по реке Сепик? Или 4750 долларов за двухнедельный тур по стране? Причем, сюда еще внутренние перелеты не включены! Хоть и наседали на папуасов христианские миссионеры, да всё равно креста на них нету. Их цены расчитаны на "основных клиентов" - американцев и японцев. Тем всё равно, сколько платить: едут в отпуск раз в год и отрываются по полной программе. Русскому человеку, да и любому другому нормальному, такие цены кажутся дикими. Я это папуасам пытался объяснить и они обещали исправиться. Поинизят цены. Процентов на пять.

Начинался сезон дождей. Обычно дождило по ночам, но теперь всё чаще и чаще дожди стали идти и в дневное время. В последний день нашего пребывания в Кавиенге над морем нависла такая тяжелая туча, что стало ясно и без напоминания Ильи: "Надо валить отсюда”

В последующие два дня мы получили от нашей поездки всё то, чего нам не хватало почти три недели, а именно - настоящей папуасской экзотики. Понятно, что это шоу. Понятно, что "в живую" всё это можно было увидеть давным-давно, лет пятьдесят тому назад.

Наша программа была столь насыщенной и плотной, что было не передохнуть. Синг-синги, представления следовали одни за другими. Кстати, самый грандиозный фольклорный фестиваль ПНГ проходит в Маунт-Хагене каждый август.

А вообще, выходит, что в Папуа-Новой Гвинее надо смотреть Нагорья, реку Сепик и "маклаевские места" под Мадангом. Там же можно и на море отдохнуть. Правда, у дайверов свои маршруты.

В городах не стоит задерживаться. К примеру, Маунт-Хаген считается наиболее опасным с точки зрения криминала городом ПНГ. Наш отель "Highlander" ("горец", значит) окружен железным забором, как воинская часть, а поверх забора - колючая проволока. Охранники с собаками патрулируют окрестности ночью. Но всё - для нашего же блага. Но мы стремимся на природу, подножию горы Хаген, к нашим лучшим друзьям папуасам и нам пока нет никакого дела до того, что некоторые несознательные элементы из их числа могут нас ограбить или убить. К тому же, ходим мы все кучкой, клином: дамы внутри, а наиболее крепко сбитые мужики по периметру; и в случае чего дадим отпор, быть может даже и вооруженный. Кстати, гору эту Хагеном немцы назвали, так что неэндемичные элементы германской мифологии органично срослись с новогвинеийским ландшафтом. Интересно то, что в Новой Гвинее есть Пик Вильгельма, а в Москве - улица Вильгельма Пика. Я думаю, совпадение не случайно и я обещаю в этом разобраться.

В Нагорьях случился у Ильи день рождения. Это приятное событие нужно было отметить по-особому. Не каждый год его празднуешь среди папуасов. Местному населению была дана "ориентировка" и в каждой деревне группа танцоров, исполняя хвалебную песнь, подносила Илье подарок. "А на золотой прииск у нас сегодня экскурсии нет?"- с осторожной надеждой осведомился юбиляр. Увы, туда экскурсии у нас не было...

...Я покидал Папуа со сложным чувством. Я не испытывал разочарования, ибо моя натура "наблюдателя жизни человеческой" не знает его. Ну не было захватывающих приключений в нашем путешествии, ну и Бог с ними. Новая Гвинея была красивой легендой, в которой главным героем был Миклухо-Маклай. Герой-одиночка, как и положено законом жанра. "Зеленый ад", влажная духота, комары - и все равно, что-то тянет сюда неумолимо. Надо, Федя, надо! Хотя бы раз в жизни побывать там, где время, как воздух, застыло в "райских кущах", оглашаемых криками таких же райских птиц. Миклухо-Маклай заплатил за найденный им рай своею жизнью, но даже на смертном одре он не оставлял надежды вернуться сюда, в "детство человечества". Это, наверное, подсознательная тяга к "своему берегу", месту душевного успокоения. Он так и рисуется в воображении: пальмы, нависшие над широким пляжем белоснежного кораллового песка. Многие его находят.

А вот сына Рокфеллера, пропавшего в джунглях Новой Гвинеи, не нашли. Жорж намеревался посвятить всю поездку его поискам. "Хоть череп найти; можно будет поездку отбить", - говорил. Куда там! Это всё равно, что золото Маклая раскопать (которое англичане, кстати, искали на полном серьезе!). Конечно, топоры, копья и стрелы мы себе привезли. Даже небольшие опахала из перьев райских птиц, хоть они и к вывозу запрещены. Я в Маунт-Хагене приобрел резного крокодила. Не знаю зачем. Просто всучили за двадцать кин. А может, в память того сепикского "пук-пука", которого я съел за ужином. С Жоржем вообще получилось смешно - какой-то папуас в вязаной шапке продал ему "крокодиловое яйцо". Как будто мы не знаем, что в горах крокодилы не водятся! И странное какое-то это яйцо; это мы уже в самолете его внимательнее рассмотрели и "взвесили". Раза в три больше, чем у нормального крокодила или казуара, и скорлупа твердая. Постучали, потрясли - как будто что-то булькнуло внутри. А может, померещилось. Ладно, поставит на видное место, будет любоваться, гостям показывать. Конечно, это не череп Рокфеллера, а всего-навсего яйцо. Но не пропадать же вещи, в самом деле!